Круглый стол российских смальтоваров: из какого сырья сегодня делают смальту, чем варка отличается от спекания, почему в палитре 150 цветов и как повторить цвет через годы. Видео на 33 минуты и полный конспект по разделам — для тех, кому удобнее читать.
Эта страница — конспект одной лекции. Если вы хотите сначала понять, что такое смальта, чем она отличается от стеклянной плитки и какой бывает, начните с большой статьи о смальте: там определение, история от Равенны до Ломоносова и шесть этапов производства по классической схеме. Здесь — взгляд изнутри: что рассказывают о своём деле люди, которые каждый день стоят у печи, и о чём их спрашивают мозаичисты.
Конспект разложен не по хронологии разговора, а по темам: сырьё, варка и спекание, цвет и палитра, отжиг и раскол, золотая смальта и JG. У каждого пункта — таймкод, чтобы сразу перейти к нужному месту видео. В конце — ответы на вопросы зала.
Круглый стол фестиваля «Культурный код. Мастера мозаики», 33 минуты, две смальтоварни
Запись сделана на круглом столе фестиваля «Культурный код. Мастера мозаики» в Санкт-Петербурге в 2025 году. Говорят двое: Сергей Колбасов — основатель ArtWorker и нашей смальтоварни в Ульяновской области, и Дмитрий Сузюмов — основатель смальтоварни «Феникс». Первые семнадцать минут — рассказ о технологиях и палитре с кадрами производства, дальше — вопросы из зала: выцветает ли смальта, можно ли сварить её дома, появятся ли тянутая смальта и автоматическая колка.
Это не учебная лекция по химии стекла, а разговор производственников. Рецептов в нём нет — их не раскрывает никто, — зато есть то, чего не найти в учебниках: почему палитру ограничивает склад, как смена поставщика стеклобоя ломает отлаженный цвет и зачем на кирпичике смальты наклейка с шифром.
Кому будет полезно посмотреть:

Мы разрабатываем целую систему варки смальты — от производства до конечного потребителя. Фабричное производство: регулярные поставки, стабильно высокое качество продукции, быстрая доставка до художника.Сергей Колбасов
основатель ArtWorker
Если плеер пишет «видео недоступно» (так бывает за пределами России) — переключите на YouTube.
«Как создаётся смальта ArtWorker и «Феникс»? Круглый стол «Мастера мозаики»», 33 мин 32 с, Сергей Колбасов и Дмитрий Сузюмов
Стекло, смолотое в муку, глушители и итальянские пигменты — и почему сырьё главная головная боль производителя
Классический состав смальты — кварцевый песок, сода, стабилизатор, красители и глушители — разобран в статье о смальте. На круглом столе выяснилось, что у современных российских производств отправная точка другая: не шихта из песка, а уже готовое стекло. Основное сырьё и у ArtWorker, и у «Феникса» — стекло, раздроблённое в муку. «Феникс» часть такого стекла делает сам из стеклобоя, часть покупает (09:44).
К стеклянной муке добавляют глушители, которые делают стекло непрозрачным, и пигменты. Пигменты у ArtWorker до сих пор итальянские: путь поставок стал длиннее, но замены им пока нет. Поэтому, говорит Сергей, смальтоварение легко масштабируется — материалы общераспространённые, и производство можно построить в любой стране (29:06).
Сырьё же — главный источник нестабильности. Рецепт можно знать до грамма, но через полгода поставщик пришлёт чуть другой пигмент, другую партию сырья, другую влажность — и цвет уйдёт. Пример из лекции: посредник, у которого «Феникс» годами брал стеклобой тоннами в биг-бэгах, сменил своего поставщика. Новый стеклобой оказался светлее и вёл себя иначе при нагреве — рецепты пришлось подгонять заново (10:19). У ArtWorker за пять лет по той же причине пришлось переделать или заменить 20 цветов из 150: многие поставщики просто ушли с рынка.
Что ещё можно положить в смальту? Смальтовары шутят, что фантазия здесь не ограничена: в замес идут и перемолотые куски кирпича, и глина. Условие одно — добавка должна пережить температуру, при которой делают смальту. Поэтому на вопрос из зала, можно ли спрятать в смальту алмаз, ответили осторожно: скорее всего, он как минимум потеряет вид — проверить обещали экспериментом (23:33).
Путь ArtWorker от переплавки плитки к V4, технология «Феникса» по шагам, печи, которые строят сами
ArtWorker: четыре технологии за десять лет (00:46). Путь смальтоварни начинался с маленькой печки, в которой переплавляли стеклянную мозаичную плитку, — получалось «нечто похожее на смальту». Потом перешли на спекание (эту технологию используют до сих пор), затем на варку в тиглях — так, как варят классическую смальту. Сейчас разработана четвёртая технология, V4: год её тестировали и, убедившись, что она работает, начали строить под неё отдельную смальтоварню. Палитры тоже нумеруют версиями: V2 — с яркими варочными цветами, V3 — нынешняя стабильная палитра, V4 — новая, экспериментальная.
«Феникс»: без варки, через пресс (01:52). Дмитрий Сузюмов называет свой подход консервативным и практичным. Весь цикл — пять операций, и расплава в нём нет: стекло спекается, не становясь жидким.
Покупное стекло и стеклобой мелют в муку.
Чтобы в массе не осталось крупных включений — они дали бы брак на сколе.
В стеклянную муку добавляют глушители и импортные пигменты. Для «живописных» вариантов готовят 2–3 цвета, каждый нарочно недомешивают и соединяют в одном кирпичике (02:36): иногда удобнее положить одну такую тессеру, чем набирать переход мелким модулем из разной смальты.
Каждый квадратик прессуют отдельно, под давлением 20 т.
Прессованные заготовки спекают — зёрна стекла срастаются в плотный непрозрачный кирпичик.
Печь для смальты не купить готовой: обе смальтоварни строят их сами из покупных комплектующих — под конкретную задачу (31:48). Когда ArtWorker варила смальту в тиглях, печь жила около месяца. Причина не только в износе: сварив синий, уже нельзя вернуться к светлым цветам — можно идти только темнее, до чёрного, а потом печь выбрасывают, строят новую и начинают снова с белого, потому что «с белого уходишь куда угодно» (30:40).
С переходом на спекание всё изменилось: печи, построенные пять лет назад, работают до сих пор, хотя сегодня их заменили бы на более экономичные и компактные. У «Феникса» печь служит около десяти лет — если не перепутать термопару: однажды это чуть не кончилось пожаром, и ремонт обошёлся дороже новой печи (31:25). Брак, по словам спикеров, теперь сведён почти к нулю: сбои электричества отслеживают, и на случай отключения ночью есть план, чтобы партия всё равно вышла такой, как нужно (19:14).
Вторую смальтоварню ArtWorker открывает в Димитровграде — тоже в Ульяновской области (10:52). Под неё взяли разрушенное здание бывшей мастерской и перестроили «не как удобнее и не как дешевле, а как надо»: пол залит ровно везде, чтобы возить тележки, электрика — с нужными сечениями, печи — ровно те, что требует технология. Сами печи заняли лишь около 30 % площади; остальные 70 % — то, что вокруг варки: наколка и напилка смальты, распил камня, сборка палитр, стеллажи, упаковка и отправка (13:08).
Это и есть та «система варки от производства до конечного потребителя», о которой говорит Сергей: унифицированная плитка, наклейка на каждой, коробка такого размера, чтобы её можно было унести в руках, — производство подтягивают к фабричному, чтобы качество было регулярным, а доставка быстрой. Команда при этом почти не меняется: начальник производства работает с 2018 года, основной состав смальтоварни — больше двух лет (32:33).
Склад, поставщики и масштаб замеса — три причины, по которым у смальты «плавает» оттенок, и как ArtWorker его архивирует
Почему именно 150 (05:43). Это самый частый вопрос к ArtWorker, и ответ — складская арифметика. Каждый цвет должен лежать во всех форматах: пластины толщиной 7, 10 и 15 мм и колотая смальта, по 5 кг каждого. Это 20 кг на цвет и около трёх тонн на 150 цветов — запас, который нужно держать всегда. Каждый новый цвет — ещё минимум 20 кг на полке. Цель — чтобы художник, у которого сегодня кончился нужный красный, получил его завтра. Следующий шаг — вторая палитра в дополнение к первой, а не вместо неё: 300 стабильных цветов.
Какие цвета попадают в палитру (08:12). Не самые эффектные, а те, что лучше всего повторяются от партии к партии. Палитру V3 собрали в 2020 году; за пять лет 130 цветов удалось сохранить, 20 заменили. Замены выбирали по спросу — добавили более яркие цвета, о которых чаще спрашивали мозаичисты (08:55).
Как сложилась палитра «Феникса» (06:58). Сначала — хаотично, «по-художественному»: под большой заказ, куда нужно было быстро поставлять много смальты, мешали сложные цвета, потом добавляли нужные, затем навели порядок и начали делать растяжки. Сейчас в наличии больше тысячи цветов, по 10–30 кг, некоторых — до 100 кг. Раз в год-полтора палитру пересортировывают: цвета, которые не расходятся, убирают, на их место ставят новые.

Первая причина — сырьё, о нём выше: даже зная рецептуру «абсолютно всю», через полгода можно не попасть в цвет, потому что поставщик прислал чуть другой пигмент или сырьё с другой влажностью (08:12). Поэтому создание палитры — долгий процесс: цвет надо отработать не только сегодня, но и проверить, как он повторится через полгода.
Вторая — масштаб (20:39). Смальта в этом смысле — та же глазурь, что на керамической плитке. Продавец плитки тоже скажет: берите из одной партии, тогда разницы не будет. Но плитку выпускают партиями по 10, 20, 100 тонн одного цвета, а смальту — килограммами, и чем меньше замес, тем сильнее видна погрешность: попасть в цвет на лабораторных весах в килограмме намного сложнее, чем в десяти тоннах. Даже крупные заводы не гарантируют один и тот же цвет от партии к партии. На круглом столе это сформулировали так: хотите заниматься искусством без конкуренции с искусственным интеллектом — занимайтесь стеклом, повториться здесь невозможно.
При этом сама химия почти не меняется (18:18). Сергей вспоминает, как читал две книги по стекловарению, вышедшие с разницей в двадцать лет: «то же самое, только другими словами». Вариантов сварить стекло — миллиард, но меняется оборудование, а не основа. Какие оксиды какой цвет дают — в таблице в статье о смальте.
Решение ArtWorker для V4 — не обещать точный повтор, а архивировать каждый цвет (13:54). Все варки каждый день записывают в программу и таблицу, а на каждый кирпичик клеят наклейку с зашифрованным рецептом: когда сварено, в какой печи, по какой формуле. Запишите шифр — и цвет смогут восстановить даже через годы; повторяемость — около 90 %, если не сменились поставщики.
Стабильную палитру V4 тоже не придумывают за столом (14:37). Полгода в каждой печи варят новые цвета — всего около десяти тысяч, — раскладывают по 42 ячейкам стеллажа (в каждой — своя группа цветов) и продают наборами по девять кирпичиков. Какие цвета художники заказывают повторно, те и войдут в итоговые 150. Образцы экспериментальной палитры уже стоят в шоуруме в Москве, а такие стеллажи планируют поставить и в школах мозаики — чтобы быстрее собрать обратную связь.
Градиентная смальта (16:13). Новая технология позволяет сделать переход цвета внутри одной плитки: купив одну, можно выложить целую растяжку. На нижней полке стеллажа — экспериментальные многоцветные и градиентные кирпичики; нужны ли они, проверят данными, потому что три человека, которые спрашивают постоянно, — ещё не спрос.
ИИ и палитра (29:55). Сергей пробовал дать чат-боту картинку и фото палитры с номерами и попросить расписать цвета по палитре: примерно половину тот подобрал верно. Вывод: если хорошо сфотографировать палитру с понятными номерами, ИИ может помочь с эскизом для мозаики, но в самой варке ему пока делать нечего.
| ArtWorker | Вторая смальтоварня | |
|---|---|---|
| Технология | спекание и варка; новая технология V4 | помол стекла, пресс 20 т, спекание |
| Сырьё | стекло в муку, итальянские пигменты | свой и покупной стеклобой, импортные пигменты |
| Палитра | 150 стабильных цветов (V3), в планах 300 | больше 1 000 цветов |
| Запас на цвет | 4 формата по 5 кг — 20 кг | 10–30 кг, некоторых до 100 кг |
| Форматы | пластины 7, 10, 15 мм и колотая | прессованные квадраты, живописные замесы |
| Особое | наклейка с рецептом, градиентная смальта | 2–3 цвета в одном кирпичике |
Что из этого следует
Большая палитра и стабильная палитра — разные вещи. Тысяча цветов даёт выбор, 150 — гарантию, что цвет будет и через год. Для большого панно важнее второе.
Спечённая и варёная смальта отличаются по виду скола и глубине цвета; какая лучше для вашей работы — решают образцы, а не название. Виды смальты сравнены в статье о смальте.
Номер цвета — не рецепт. Если работа будет расти годами, сохраняйте маркировку партии или наклейку — по ней цвет проще всего повторить.





Почему цвет видят только утром, почему колку не автоматизировать и в каких форматах смальта уходит к художнику
Отжиг. На круглом столе об этом этапе почти не говорили — зато он хорошо виден в наших роликах о варке (они собраны в статье о смальте). Готовый образец сразу убирают в печь отжига, чтобы стекло остывало медленно и равномерно, — иначе оно разобьётся. И в отжиге цвет ещё меняется: образец может потемнеть или посветлеть, поэтому настоящий результат видят только утром. Это одна из причин, почему подбор одного оттенка растягивается на дни. После остывания торцы плиток подравнивают на плиткорезе.
Раскол (21:39). Колка — этап, который до сих пор не автоматизирован. Спикеры не видели ни одного станка, который колол или пилил бы смальту сам и стабильно работал хотя бы несколько лет. Единственный пример, который вспомнили, — станок мозаичиста Максима Харлова: весит около полутора тонн, работает от электродвигателя, но «пальцы» смальты в него всё равно подают руками. Поэтому в новой смальтоварне под наколку и напилку отведены отдельные зоны, а работа остаётся ручной — молотком, кусачками и на ручных станках. Как колоть смальту самому, мы разбираем в статье «Как колоть смальту».
Форматы. ArtWorker держит четыре: пластины толщиной 7, 10 и 15 мм и колотую смальту. Наши замеры для калькулятора: квадрат 10 × 10 см из пластины толщиной 1 см весит 250 г, из колотой смальты толщиной 7–8 мм — 160 г. Колотую удобно брать для первых работ — её достаточно подрезать кусачками; пластины — когда нужна своя форма «мазка».
Тянутой смальты не будет (22:31). Об этом спрашивают часто, но у смальтоварни другой масштаб: тянутые нити — соседнее ремесло, как производство витражного стекла. Лучше один хороший продукт, чем два посредственных. Как тянуть нити самим над горелкой — в статье о тянутой смальте.





Половина мозаики была утрачена. Снятые фрагменты разложили как пазл в ангаре у нашей смальтоварни в Ульяновской области, недостающие цвета сварили под авторскую смальту, утраты набрали по историческим фото. Вот зачем производству архив рецептов. Мастерская работает с 2011 года, 4 500 м² мозаики, реставрация по всей России.
Формат для больших фасадов, светящаяся смальта и другие эксперименты, о которых спрашивали из зала
Золотая смальта устроена по принципу «металл под стеклом»: лист сусального золота кладут на стекло-основу, накрывают тонким покровным стеклом и сплавляют в одну пластину. На круглом столе о ней не говорили — подробно золото и другие виды смальты разобраны в статье о смальте.
Зато обсуждали формат, построенный на похожей идее, — JG (03:13). Строго говоря, это не совсем смальта: слой смальты заключён между двумя стёклами. Её придумали как замену пластинам для больших работ. Пластины дороже, их приходится обрезать, и много материала уходит в отходы; JG даёт ту же богатую палитру и глянцевую поверхность, но без переплаты за отходы, — поэтому её выбирают регионы с самым скромным бюджетом.
JG — стопроцентное стекло, без керамики: не впитывает влагу, легко моется, долговечна на фасаде. Если не смотреть в торец, не видно, что сверху просто стекло, а под ним — смальта. Художники, которые делают небольшие работы, её почти не используют: это материал для монументальных. По словам спикера, из JG набраны панно в городе Павлово (2025) и частично — мозаики «Два сердца столицы» в московском метро.

Светящаяся смальта (27:39). Из зала вспомнили опыты с люминофором: такая смальта днём накапливает свет, а в темноте слабо светится. Её вставляли, например, в брусчатку садовых дорожек. Производителям предложили сделать опытные образцы к следующему фестивалю.
Светильники и нестандартные заказы (25:07). Светлое, слегка глушёное стекло с пузырьками — новый тренд, его будут пробовать. Крупные изделия нестандартной формы сделать можно, но под них нужна своя печь с большой камерой: «мы всё можем, вопрос экономической целесообразности». Как эксперимент — хорошо, как постоянное производство — слишком трудоёмко.


Стекло с глушителями и пигментами либо плавят в тиглях (варёная смальта), либо мелют в муку, прессуют и спекают (спечённая). Готовые пластины медленно остужают в печи отжига — только после этого виден настоящий цвет, — а потом колют или пилят на тессеры, вручную или на ручных станках. Классическая схема в шести шагах — в статье о смальте.
Варёную получают из расплава: стекло полностью плавится в тигле, его разливают и прессуют в пластины. Спечённую делают из стеклянной муки с пигментами: её прессуют (на одной из смальтоварен — под 20 тоннами) и спекают, не доводя до жидкого состояния. ArtWorker использует обе технологии и разработала новую, V4. Разница — в виде скола, глубине цвета и цене; выбирать лучше по образцам.
Честный ответ, по словам Сергея Колбасова, дадут только сами 300 лет. Но первые образцы ArtWorker 2018–2019 годов с тех пор лежат в огороде, в земле и грязи, а контрольные — дома; каждый год их сравнивают, и разницы пока нет. Смальта окрашена насквозь оксидами металлов, поэтому держит цвет и на фасадах.
Совет с круглого стола — «не теряйте время». Нужна печь, которая держит температуру варки стекла, отжиг и опыт подбора цвета; рецепты производители не раскрывают. Самое простое, что предложили, — помолоть в ступке бой витражного стекла, но это ещё не смальта. Как трудно сварить смальту даже профессионалам вне производства, видно по нашим роликам с печью из ведра — они в статье о смальте. Дома можно работать с готовой смальтой, в том числе тянуть из неё нити над горелкой — см. тянутую смальту.
Смальта — как глазурь на плитке, только замешивают её килограммами, а не десятками тонн: чем меньше замес, тем заметнее погрешность. К этому добавляется сырьё — поставщики меняют пигменты и стеклобой, сырьё по-разному набирает влагу. Поэтому цвет на работу берут одним заказом, а у новой смальты ArtWorker V4 на каждом кирпичике будет рецепт, по которому цвет повторяют примерно на 90 %.
Автоматического, который работал бы стабильно годами, спикеры не видели ни одного. Известный им пример — электрический станок мозаичиста Максима Харлова весом около полутора тонн, но смальту в него подают вручную. На производстве смальту колют и пилят вручную и на ручных станках, дома — молотком на тальоло и кусачками; инструменты и приёмы — в статье «Как колоть смальту».
Зависит от технологии. Печь для варки в тиглях у ArtWorker жила около месяца: после тёмных цветов к светлым уже не вернуться, и печь строили заново. Печи для спекания, построенные пять лет назад, работают до сих пор; у коллег печь для спекания служит около десяти лет. Готовых печей для смальты не продают — обе смальтоварни строят их сами.
Смальта ArtWorker — пластины 7, 10 и 15 мм и колотая — продаётся в магазине artworker.shop. Научиться набирать ею — на онлайн-курсе «Мозаика из смальты»: панно 55 × 55 см обратным набором, материал приходит уже наколотым. Сколько нужно на вашу работу — в калькуляторе смальты.




